Персональный сайт

Еще одна жизненая история

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:16:19 GMT

И вот опять Москва! Туманное раннее утро. Олерск разбудил Райдну и отправил ее умываться, а сам в это время заправил ее постель. Она вернулась и взяла у проводника кипятка, и они сели завтракать. Судя по внешнему виду, Райдна чувствовала себя лучше, чем ее спутник, ночью его продуло: болели горло и поясница. Говорить им не хотелось. Все было понятно без слов. Поезд мчал их уже по Подмосковью. На сердце было тяжело. В глазах у Райдны читалась печаль. Сказка заканчивалась... наступала суровая действительность. Они это понимали, и от этого понимания, щемило сердце.
Утро было сырым и холодным. На автобусной остановке народу почти не было. Да и автобусов тоже. Олерск решил прервать молчание:
- Райдна! Нам было хорошо в Питере!
- Да, Олерск! Питер теперь навсегда с нами!
Он вздохнул. "А что еще скажешь? - думал Олерск. - Нам действительно было хорошо. И все что происходило в Питере, происходило будто не с нами вовсе, а совсем с другими людьми, как будто мы спали и видели сон, прекрасный сон, про Питер, и про то, как мы по нему гуляем, и как хорошо нам на душе"
Они молчали. Олерск и Райдна знали, что между ними очень много недосказанного. Олерск метался, в моей душе было смятение - нужно ли попытаться спасти эту сказку или оставить лишь воспоминания о ней.
- Мой автобус, Олерск! Мне надо ехать. - Прервала молчание Райдна.
- Да - сказал он так, что стало ясно эти слова он отрывал живьем от сердца. Как будто шел на смертную казнь, или видел Райдну в последний раз в жизни. Сердце разрывалось от чувств. И желание высказать все - давило все сильнее и сильнее. Райдна уже шла к автобусу, но медленно как будто сама хотела что-то сказать, но забыла что. Олерск все же подавил в себе желание позвать ее. И сердце как будто отмерло. "Да, я ее увижу, - думал он. - Но это будет иначе! Я буду уже другой, и она тоже будет другой... Бедная Райдна"
Сказка закончилась... Она села в автобус... Чудо осталось в Питере... Помахала ему ручкой... обыкновенное чудо, которое перемежается с обычной жизнью... он помахал ей в ответ и пошел к метро.

***

На следующий день они встретились. Сказать, что они изменились после поездки - ничего не сказать. Они стали совсем другими людьми. Вечерами и Олерск и Райдна, проводя время в одиночестве или же в шумных компаниях, вспоминали те питерские деньки, те самые деньки, которые окунули их в чудо жизни. Они очень тосковали по тому времени.
"Почему нам так было хорошо в Питере? - думал Олерск. - А сейчас мы не можем продолжать жить так же ...неужели для того, чтобы увидеть частицу хорошего надо уехать в другой город? страну? мир? На другую планету?? Чтобы испытать то, что мы часто путаем с любовью... Чтобы испытать настоящее желание быть рядом, и помочь в трудную минуту... Чтобы понять, что мне... нам хорошо?
Да и зачем было все это? Чтобы помнить каких то пару часов об этом после приезда назад? Чтобы потом опять окунуться в злобу дня и опять погрязнуть в повседневке? Чтобы знать, как может быть хорошо и вспоминать об этом, вздыхая? Видимо да... Другого мне... нам не дано..."
Может, придет то время, когда им удастся вновь вырваться в другой мир. В мир грез и несбывшихся надежд. И кто знает, как тогда все обернется в следующий раз. Да, все закончилось печально, и почти как в жизни, и вполне вероятно, что в другое время у этой истории мог быть другой конец...

а вот сегодня на луну прилетел лебедь
он такой белый -белый был...красивый
а там где сердце у него был лишь макет
из железа и стали
и все было бессмысленно
научить любить или отогреть это сердце не представлялось возможным...
много других птиц старались...
но все было бесполезно...
красивый и одинокий...так было написано у него на роду...
и он улетел, потому что не хотел причинять никому боли...
видимо чуток все же удалось растопить птичкам его сердце...
Однако был один воробей, который никак не мог с этим смириться...
Ему говорили: "забудь эту белую птицу, ты ничего не сможешь поделать..."
Похоже, только он один заметил за этим макетом сердца из железа и стали, настоящее...
и лебедь улетел, потому что не хотел причинять никому боли...
а вслед за ним улетел воробей, потому что он не хотел, чтобы лебедь причинял боль себе...
Никогда больше на луне не видели их двоих, и не было никаких от них вестей....
Вот и парят теперь лебедь и воробей где-то там... И никто не знает вместе или порознь.
Райдна

- А нам обязательно заканчивать историю именно так?
- Ну, ведь мы хотели чтобы читатель узнал нашу историю.
- Но конец истории может остаться между нами. К тому же я не думаю, что читателю интересен такой конец. Мне кажется, что лучше будет написать как-нибудь иначе.
- Давай попробуем. Но все же оставим и этот конец. Пусть читатель выберет себе по вкусу окончание истории.
- Давай

***

Поездка в Выборг совсем выбила их из сил, но настроение оставалось великолепным. Обратно они добирались на электричке, потому что на автобус они опоздали. До дома они добрались без проблем, и приключений.
Поднимаясь на свой этаж, они встретили даму в годах. Она долго-долго мучила нас рассказами, а сказать ей что они устали было бы не вежливым. Взглянув на Олерска ,Райдна отчетливо у него на лице прочла, что еще пять таких минут, и он ляжет спать прямо тут. В конец, обессилев, он, не выдержал и в момент, когда собеседница перестала тараторить вставил:
- Понятно. А мы вот только с Выборга приехали. Устали - ужас как.
Судя по лицу дамы, ей не очень понравилось, что Олерск вмешался, однако Райдна была ему за это благодарна. Они попрощались с женщиной, кстати, которая оказалась тоже из их города, и отправились в свою комнату, готовиться ко сну.
Свет погас. Райдне никак не удавалось уснуть. И судя по шмыганью Олерска ему тоже.
- Олерск! А что тебе сниться по ночам? - спросила она у него в темноте.
Он немного замешкался, но вскоре ответил.
- Ну и вопросик. Да каждый раз по-разному. Бывает и сумятица какая-нибудь сниться, а бывает и вполне осмысленный сюжет, бывает и эротические сны сняться.
- Ну-ка, ну-ка? - улыбаясь, спросила она.
- А что ну-ка? Чаше всего они не запоминаются. Сны в смысле.
Он тоже улыбнулся. Потянулся, лег на бок и подставил под голову руку:
- Бывает и такое что и ты снишься.
- Правда?
- Умгу.
- И что мы делаем? - спросила Райдна, немного кокетничая и придвигаясь к Олерску.
- Ну... - Олерск немного сконфузился и ляпнул - Всегда по разному.
- А так делаем? - она придвинулась к нему вплотную и провела рукой по груди и уперла ее в кубики пресса. - Какие они у тебя рельефные!
- У меня много других достоинств - Олерск почувствовал возбуждение и впился своими губами в ее. Наверное такого страстного поцелуя мир еще не знал. Райдна обхватила его за шею и впустила его. Страсть это была или же любовь - в этот момент им было все равно.
Когда Райдна проснулась, Олерск уже не спал. Было так хорошо и приятно в постельке, и совсем не хотелось вылезать!

- Доброе утро, Олерск!
- Доброе, Райдна! - ответил он, улыбаясь.
- Как спалось тебе?
- Замечательно!
- И мне тоже! А еще мне снился сон. Хм... только вот я думаю сон это был или явь?!
- Хм. Интересно что же тебе приснилось? - улыбаясь спросил Олерск
- Красивый сон. Очень.
Он не сказал ничего. Олерск так и не понял помнила она эту ночь или нет.
Еще немного понежившись, в кроватках они встали. Райдна мягко покачивая бедрами проследовала к умывальнику.Олерск заварил чаю. Впереди был последний день их пребывания в Питере.
Попрощавшись со всеми, они поехали на вокзал, чтобы сдать вещи - поезд у них был поздно вечером, а впереди целый день бурных эмоци. Они решили еще погулять по Питеру, и посмотреть те места, где еще не были. Много ходили и говорили, а где и о чем сейчас уже не упомнишь. Главное, что ощущения после прогулки остались приятные и радостные.

В поезде они разместились без проблем. В очередной раз им повезло: места у них были в разных концах вагона, но им удалось поменяться местами, с соседями и теперь они ехали до Москвы рядом.
Утром Олерск разбудил Райдну. Он выглядел не важно: ночью его продуло. Райдна пошла умываться. Даже в таких условиях она оставалась обворожительной и желанной. Олерск заправил кровати. На душе остался неприятный осадок, появление которого Райдна до некоторого времени объяснить не могла. Объяснение пришло позже, когда до прибытия оставалось минут десять. Говорить не хотелось. На сердце у них было тяжело. Они не пытались скрыть печаль.
Сказка заканчивалась... наступала реальность.
Было Холодно. Олерск проводил Райдну до автобусной остановки, где они стали ждать ее автобус. Было рано, поэтому народу почти не было. Да и автобусов тоже. Олерск заговорил:
- Райдна! Нам было хорошо в Питере!
- Да, Олерск! Питер теперь навсегда с нами!
Он тяжело вздохнул. На них нахлынули воспоминания о том, что они испытывали, где были, о чем говорили. Все это было как-будто сказка. На некоторое время воцарилось молчание. Они чувствовали что, наверное надо что-то сказать, но подобрать нужные слова не было сил. Райдна увидела свой автобус и сердце застучало быстрее. Время убегало, а молчание так и не было прервано.
- Мой автобус, Олерск! Мне надо ехать. - сказала она, и поняла что это были не те слова, которые хотели слететь с губ.
- Да - Он произнес эти слова, как будто тоже ждал не этих слов от нее. Она медленно пошла к автобусу.
Сердце рвалось, и трепетало. Она не знала что делать, поэтому просто шла.
- Райдна! - позвал он ее.
Она обернулась. Олерск шел к ней. Слезы брызнули из ее красивых карих глазах и побежали двумя дорожками по щекам к земле. Она бросилась к нему на грудь, и зарыбала еще сильней. Он нежно и крепко обнял ее.
- Обещай, что никогда не бросишь! Обещай, что будешь рядом...Обещай!

Раз слезинка... Два слезинка. Небо над Москвой тоже плакало...

И если ты решишься когда-нибудь,
то ты знаешь мой телефон,
мой ящик открыт для твоих писем,
моя аська для тебя всегда зеленым цветочком,
а душа открыта к тебе!
Олерск

Эпилог.
Тихая спокойная полянка, среди гор, открывает вид на красивое игривое море, в котором бурлит подводная ночная жизнь. Взгляд Олерска убегает по лунной дорожке в море, все дальше и дальше... В его глазах отражается радость и спокойствие. Рядом полыхает робкий огонек, около которого отдыхает Райдна. В ее глазах та же радость и спокойствие, что и в глазах у Олерска. Их окутывает тишина лунной ночи и красота звездного неба....
- Вот история и написана, Райдна!
- Ну и что же мы показали в ней? - задумчиво спросила она.
- Может быть то, что счастье это не такая уж и редкость в нашем мире, и что если захотеть, то можно найти толику счастья везде. Ведь то, что для людей стало чудом, на самом деле есть ни что иное, как обыкновенное чудо. И, в принципе, чтобы понять, что мы счастливы нам не обязательно было ехать в другой город. Нам просто иногда достаточно взглянуть на все по-другому. Ведь если заглянуть внутрь себя и прислушаться к сердцу, то тебе обязательно повезет, и ты найдешь свое счастье. Просто надо ждать и терпеть...
23.04.2006г

может и кривовато написано но зато свое... повесть еще пишеца, так что это скорее отрывок из повести, нежели рассказ... напишите свое мнение плиз - для меня важно

Просто красиво

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:15:34 GMT

Она встречалась с ним полгода,
У них все было хорошо,
Была хорошая погода,
Вокруг расло все и цвело.
Она любила его очень,
Он о любви твердил всегда.
Гуляла с ним она до ночи,
А ночью быть с ним не могла.
Но вот однажды сильно пьяный
Он к ней с улыбкой подошел.
"Пойдем с друзьями погуляем
Тебе там будет хорошо!"
Она немного помолчала,
Потом сказала:"Что ж пошли!
"В квартире той веселье было,
Звучала музыка и смех.
Там отмечали новоселье,
Она парней узнала всех.
Там было две всего девченки
Она их знала хорошо
К ним подошла она тихонько,
Заговорила про свое.
Потом все выпили за встречу,
За дружбу, верность и любовь,
Он закурил, пустив колечки
И всем налили до краев.
Но скоро за окном стемнело
Она сказала:"Мне пора!"
И вот уйти уже хотела
И быстро к двери подошла.
Её догнал он у порога,
И сильно за руку схватил
"Останься здесь ещё немного"
-Её он грубо попросил.
Она сказала:"Уже поздно,
Меня ждёт мама, мне пора,
Ты позвони мне завтра утром
Ну всё, пока, люблю тебя!"
Но он схватил её за руку
И силой в спальню потащил,
А перед этим ещё рюмку
Просто залпом осушил.
И вдрут ей стало страшно
И были слёзы на глазах,
Но слёзы лились понапрасну
И появилась дрожь в ногах.
И на лице с улыбкой глупой,
Ее он бросил на кровать,
Потом сказал:"Ну что, подруга,
Тебя хочу я поласкать!"
Он потянулся к ней всем телом
И начал в губы целовать,
Она от страха онемела
И тихо начала рыдать.
Но он вскочил, сказал:
"Довольно, ну сколько можно мне терпеть?
С тобой встречаемся мы долго,
Хочу тебя я поиметь!"
"Не надо!"-вскрикнула девченка,
"Ведь я же девочка еще!"
Ты поиграешь, после бросишь,
Не пожалеешь ни о чем!"
Но он сказал:"Неправда это!
У нас все будет хорошо!
Ведь нам дано так от природы
И это будет, как в кино."
Ее просил он очень долго,
Она твердила только "Нет!"
И был удар тот очень звонкий
И на лице остался след.
От боли вскрикнула девченка
И посмотрела на него,
Он пьяный был и был жестоким,
Ему все было все равно,
Она кричала, вырывалась,
А он схватил ее сильней,
Он бил ее, она кусалась
И очень больно было ей.
Он начал рвать на ней одежду
И сил уж не было кричать,
Он стал белье с нее срывать.
Потом сказал:"Ну, что, шалава,
Давай-ка ногу поднимай
И мне плевать на эти слезы,
Ты не реви, а помогай!"
Она немного приподнялась,
Прикрыла грудь своей рукой,
А про себя она молилась
"За что мне это, Боже мой?"
В нее вошел он очень резко
И вдруг ее пронзила боль
От этой боли, чтоб не вскрикнуть
Она прикрыла рот рукой
Но вот конец
Он слез с нее и лег с ней рядом
Она прикрылась простыней
И жизнь ей показалась адом
Он захрапел, она привстала
Часы пробили 5 утра
А за окном уже светало
Она к одежде подошла.
Оделась быстро, как сумела
Внутри болело у нее
И так ей плакать захотелось
Она рыдала, вспомнив все.
И подойдя вдруг к телефону
Набрала номер:"Это я
Прости меня, моя родная
Прости за то, что не пришла"
И мама в трубку прошептала
"Иди домой, я жду тебя,
тебя я дочка понимаю
Сама ведь молодой была"
И положив тихонько трубку
Надела туфли у окна
Поправив порваную юбку
Она домой к себе пошла
Там обо всем сказала маме
И мать была поражена
"Ведь ты его давно уж знала
Но не узнала в нем скота"
И вот спустя одну неделю
Он все же к ней домой пришел
И листья на балкон слетели
А он просил простить его
И у нее дрожали руки
"Ну что сказать ему теперь?
"За что, за что мне эти муки?
Зачем ему открыла дверь?
Она сказала: "Я прощаю
Об этом я не рассскажу.
Ушел он, не сказав ни слова
С улыбкой гордой на губах
И в ней тоска проснулась снова,
явились слезы на глазах.
Ну, а потом она узнала,
Он приходил из-за того,
Чтобы не сесть.
И Рано утром
Ей мать сказала:"Слушай, дочь,
Твой срок беременности малый,
И я могу тебе помочь
И вот лежит она в палате
И что-то пишет на листке
"Прощай, мамуля, все прощайте!"
Проносится в ее уме
Она стоит на крыше дома
И слезы льются по щекам
И шепчет лишь 4 слова
"Люблю, люблю тебя, прощай"
Милиция и лужа крови
Стоит толпа, рыдает мать
А ведь такая молодая
Никто не мог предугадать...
О гибели ее узнал и он,
Но к гробу все ж не подошел
Под руку шел с другой девчонкой
Им вместе было хорошо...
А через день, придя с работы
Он старую газету взял
И из нее упало что-то,
Письмо то было от нее
Он сел на стул читать записку
"Ну, здравствуй милый, это я
Ты приходи, чтоб попрощаться
И поцелуй в гробу меня
Тебя любила я так сильно,
Была я счастлива с тобой
Меня уж нету, я на небе
Себя ни в чем ты не вини,
А нашего с тобой ребенка,
Я забрала с собой, прости
Ну что ж, прощай, будь счастлив милый!
Всего хорошего тебе
Ты сам люби и будь любимым
Не забывай лишь обо мне
С подругой, я надеюсь, счастлив будешь
Ее сильней меня полюбишь
Теперь прощай, люблю тебя!
Он прочитал записку дважды,Из глаз его текла слеза
Могиле, как и ей однажды
Он прошептал ......"Люблю тебя!"

Одиночество

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:14:57 GMT

Если бы не звонил только он – было бы полбеды, пережила бы и не такое проходили. Но не звонил никто. То есть АБСОЛЮТНО никто. Просто она проснулась утром, было полшестого, а в доме не было никого. Ни одного живого существа, как будто все вымерли. Апокалипсис. Она вышла на балкон, в руках была кружка с капучино, она даже не пила – грела свои руки о кружку, и на нее вдруг нашло беспричинное ощущение полной свободы, такой, что чувствуешь себя птицей, готовой улететь в небо, чувствуешь – что вот сейчас одна настолько, насколько это вообще возможно в этом мире. И греть свои крылья не каким-то там капучино, а самым настоящим солнцем, таким большим и рыжим, и настолько ярким, что глаза не могут на него смотреть, и больно, и слезы текут, а отвести взгляд невозможно, как будто знаешь – это, возможно, последние минуты такого вот солнца, яркого и светлого, что потом его закроет облако, а когда солнце выглянет опять, оно уже будет не таким, как сейчас, любым, каким угодно, но не таким... И вот летала бы птицей над городом и видела то, что невозможно увидеть простым смертным, и если бы, конечно, птицы умели, она бы улыбалась, глядя на этих глупых людей, занятых своими банальными, земными проблемами... И была бы она одна, наедине с собой, наедине с этой природой, и никто бы не был ей нужен, она летала бы одинокая, красивая, слушая только себя, только свое сердце... Если бы, конечно, ей было суждено стать птицей. А так, оставалось лишь сидеть на балконе, пить горячий капучинно и, созерцая наступление осени, слушать тишину. Она прекрасно осознавала, что сейчас одинока не потому, что ей никто не нужен, а потому что она никому не нужна. Ни одной душе в этом многомиллиардном мире.
Сколько было у нее таких же одиноких ночей, утр и дней, когда никто ей не звонил, никто не писал, не стучался в аську или входную дверь, когда всем вокруг вдруг стало на нее наплевать, и даже какой-то настойчивый поклонник, вдруг решил перестать ей докучать, а самая болтливая подружка вдруг уехала в отпуск, и даже дворняга за углом, которая лучше всяких там подруг и поклонников понимала ее, провожала по утрам до работы, а она подкармливала ее, редко, конечно, но подкармливала, и собака была безумно благодарна, виляла хвостом и искренне, так, как умеют только животные, радовалась; даже она – эта дворняжка, убегала куда-то, провожала на работу кого-то еще и оставляла ее в одиночестве, каком-то бесконечном одиночестве, так, чтобы она чувствовала себя самой одинокой из всех одиноких живых существ планеты...
А еще были времена, когда она была одна даже не час, не два, а может и дни, и недели... Она уезжала на свою дачу, старенькую такую, со всеми этими атрибутами старой дачи – отсутствием горячей воды, паутиной на потолке, толстым слоем пыли на старом поцарапанном серванте... Там не было ни косметики, ни туфлей на шпильках, там не было компьютера, а старый черно-белый телевизор показывал только ОРТ и то с помехами. Но зато там была такая большая печатная машинка; и вот приезжала она в эту заброшенную дачу, никто из соседей даже не знал, что она приехала, никто из друзей не мог ей дозвониться, и ни одна живая душа даже предположить не могла где она, как там она, что сейчас делает, как живет, чем дышит... А она погружалась полностью в свое одиночество, зажигала свечи (а свечей у нее было сотни, и именно это отличало эту дачу от миллиона остальных, там везде – на крохотной кухоньке, на столе с печатной машинкой, на стареньком поцарапанном серванте, и даже на полу – повсюду стояли свечи); и вот горели эти свечи, а она печатала – это была ее разрядка, она практически не ела, мало спала и печатала, печатала... Это были ее шедевры, которые она любила перечитывать, сидя дома на кресле с бокалом белого вина в одной руке и сигарой – в другой; она творила для себя, чтобы потом, вернувшись в свою привычную размеренную жизнь, вспоминать это одиночество, немножко грустить, а потом вновь возвращаться к работе, к привычной жизни, но уже с маленьким зарядом оптимизма. И жить становилось легче и веселей.
А ведь, сколько было одиноких ночей!Именно таких одиноких, когда он обещал прийти, но не то что не приходил, а даже не звонил, бросал короткую смс-ку, что на работе задержали и ночевать будет у себя... Она точно знала, что завтра утром он придет, может, даже с цветами, но сейчас этой ночью она одинока настолько, что готова была плакать в подушку, выть на луну... Она вставала с кровати, звонила подруге, говорила всю ночь, жаловалась, подруга качала головой, выслушивала ее душеизлияния... И не смотря на ее поддержку, без него было безумно одиноко и мечталось лишь о том, чтобы он был рядом. А больше ничего и не нужно...
И сидя на балконе, под открытым небом и утренним осенним солнцем, с большой, но уже пустой кружкой, которая все еще хранила тепло, она смотрела на землю, по которой расстилался ковер из опавших листьев, и мечтала, что когда-нибудь станет птицей и улетит далеко-далеко от этой будничной суеты; а в это время город постепенно оживал, просыпался, сладко зевал и шел на кухню за своей утренней порцией кофе, и кто-то обязательно думал: «А как она там, наша ранняя пташка, которая любит вставать с рассветом и смотреть в небо?», начинал волноваться, что вдруг сегодня, именно сегодня, она не встала с первым лучом солнца, бежал к телефону, дрожащими пальцами набирал ее номер и, услышав ее бодрое аллё, облегченно вздыхал и говорил себе, что больше на работу на ночь – никогда и ни за что, и в душе, там, куда никого никогда не пускал, признавался самому себе – что без нее ночью был ужасно одинок, так, как никто на свете...

когда сердца бьються одинаково

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:14:30 GMT

Она шла по улице, медленно обходя лужи, которые изредка встречались на её бессмысленном пути... Она шла, задумчиво смотря себе под ноги, но не воспринимала того, что видела. Она шла уже не один час, но не знала, куда идёт. Она просто шла.

Он сидел в своей огромной квартире, на большом и мягком диване, закинув на него ноги. Он налил себе коньяк и сделал небольшой глоток... С наслаждением сглотнул и мысленно проследил его путь в желудок, ясно ощущая теплоту внутри своего тела.

Она дошла до центральной площади города, собирающей здесь все улицы в единое целое. Она остановилась и растерянно оглянулась. Она задумалась, куда идти дальше. Подул холодный осенний ветер. Она приподняла воротник и потуже затянула шарф. Засунула в уши наушники и включила плеер.

Он всё так же сидел на диване. Окна были закрыты жалюзи, поэтому в комнате стоял полумрак, разрушаемый лишь неярким светом от торшера, который стоял в дальнем углу комнаты. Он достал сигарету. Прикурил. Медленно затянулся, прикрыл глаза, с наслаждением медленно выдохнул и задумался.

В ушах играла её любимая музыка. Диск, который она записывала сама: лирическая музыка, не бьющая по мозгам, под которую всегда можно подумать. Это было её любимым занятием. Она снова шла. Шла прямо, смотря себе под ноги и обходя лужи. Она шла и думала.

Неделю назад они расстались. Внезапно. Никто из них не мог даже этого предположить. Их роман был в самом разгаре, когда он позвонил ей и сказал, что больше ничего не будет.

Она не сказала ему ни слова: выслушала и молча положила трубку. Она не думала, что всё так внезапно закончится, она не понимала в тот момент того, что всё, действительно, закончилось.

Он сказал ей об их разрыве и, не дождавшись от неё ни слова, повесил трубку. У него на душе осталось неприятное ощущение вины. Скорее всего потому, что он и сам толком не понимал, почему решил разорвать отношения.

Она шла и вспоминала каждый день, проведённый с ним. Она вспоминала день их первой встречи. Вспоминала, с каким увлечением он рассказывал ей о своей жизни; вспоминала себя, скромную и молчаливую, лишь улыбавшуюся его словам. Вспоминала, как она несколько дней не могла поверить в своё счастье. Вспоминала, как смотрела в его глаза и как теряла рассудок, тонув в их глубине.

Вспоминала, как решилась сказать ему "Люблю...". Она впервые в жизни сказала это слово. Оно прозвучало тихо, неуверенно, но оно было сказано искренне, от всего сердца.

Он вспоминал её глаза, её грустные красивые глаза, которые въелись ему в память с самой первой их встречи. Он вспоминал, как с каждой их последующей встречей, в этих глазах появлялась искорка - искорка счастья. Он вспоминал, как эти глаза стали улыбаться, когда её алые красивые губы нерешительно прошептали "Люблю...".

О, Боже! Сколько "люблю" слышали его уши за не такую уж и длинную жизнь! Но... Это "Люблю..." было особенным... Оно было искренним, от всего сердца. И он это знал... Потому что сам сказал "Люблю..." точно так же.

Она любила его всем сердцем. Так, как никого на свете. Но она не могла его вернуть. Нет, не потому, что она не знала, как ей это сделать... Она не хотела даже пытаться это делать. Она была уверена, что это бессмысленно, что дважды ничего не получается. Она была уверена, что он, уверенный в себе, расчетливый и умный парень, никогда не будет менять своего решения, наверняка не раз обдуманного.

Он тоже любил её всем сердцем. Он понял это уже потом, после своего последнего звонка. Он осознал это, когда было уже поздно. Осознал и понял, почему в нём появилось чувство вины. он хотел её вернуть, но не знал, как это сделать. Да, да, да!Он! Он, покоритель девичьих сердец, он не знал, как вернуть эту девушку, девушку-загадку, скромную и молчаливую девушку его мечты.

Они оба любили друг друга. Они оба хотели быть вместе. Они оба знали, что этого не будет уже никогда.

Но она, зная это, всё равно выключила музыку и достала сотовый телефон, чтобы позвонить ему и пожелать любви и счастья.

Но он, тоже зная это, затушил уже тлевшую сигарету и взял со стола мобильник, чтобы позвонить ей, извиниться и пожелать любви и счастья.

Она знала его номер наизусть и тут же набрала его... Его пальцы машинально набрали до боли знакомые цифры её номера...

Она преподнесла телефон к уху... Он сделал тоже самое..

. . . З А Н Я Т О . . .

Он умер

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:13:49 GMT

Я умер почти 9 лет назад. Но я пишу вам не для того, чтобы рассказать, как мне тут живется. Я пишу, чтоб рассказать вам свою историю. Историю моей большой любви. И еще хочу сказать, что любовь не умирает. Даже на том свете. Даже если её пытаются убить, даже если этого захотите вы. Любовь не умирает. Никогда. Мы познакомились 31 декабря. Я собирался встречать Новый год со своей третьей женой у своих старых друзей. Моя жизнь до её появления была настолько никчемной и ненужной, что очень часто я спрашивал себя: <Для чего я живу?> Работа? Да, мне нравилось, чем я занимался. Семья? Я очень хотел иметь детей, но у меня, их не было. Теперь я понимаю, что смысл моей жизни был - в ожидании этой встречи. Я не хочу описывать её. Вернее, я просто не смогу описать её, чтоб вы действительно поняли, какая она. Потому, что каждая буква, каждая строчка моего письма пропитана любовью к ней и за каждую ресничку, упавшую с её печальных глаз, за каждую слезинку я готов был отдать все. Итак, это было 31 декабря. Я сразу понял, что пропал. Если бы она пришла одна, я бы не постеснялся своей третьей супруги и подошел бы к ней в первую минуту нашей встречи. Но она была не одна. Рядом с ней был мой лучший друг. Знакомы они были всего пару недель, но из его уст я слышал о ней очень много интересного. И вот, теперь, я увидел её. Когда пробили куранты, и были произнесены тосты, я подошел к окну. От моего дыхания окно запотело, и я написал: <ЛЮБЛЮ>. Отошел подальше, и надпись на глазах исчезла. Потом было опять застолье, тосты. К окну я вернулся через час. Я подышал на него и увидел надпись <ТВОЯ>. У меня под косились ноги, на несколько секунд, остановилось дыхание... Любовь приходит только раз. И это человек понимает сразу. Все, что было в моей жизни до это дня - был, а мишура, сон, бред. Очень много слов есть этому явлению. Но жизнь моя началась именно в тот новогодний вечер, потому что я понял, я увидел в её глазах, что это т день - тоже первый день в её жизни. Второго января мы переехали в гостиницу, и планировали купить свой маленький уголок. У нас вошло в привычку писать друг другу на окнах записки. Я писал ей <Ты - мой сон>. Она отвечала. <Только не просыпайся!> Самые сокровенные желания мы оставляли на окнах в гостинице, в машине, у друзей дома. Мы были вместе ровно два месяца. Потом меня не стало.

Сейчас я прихожу к ней, только когда она спит. Я сажусь к ней на кровать, я вдыхаю её запах. Я не могу плакать. Я не умею. Но я чувствую боль. Не физическую, а душевную. Все эти восемь лет она встречает Новый год одна. Она садится у окна, наливает в бокал шампанского и плачет. Еще я знаю, что она продолжает писать мне записки на окнах. Каждый день. Но я не могу их прочитать, потому что от моего дыхания окно не запотеет.

Прошлый, новый год был необычным. Не хочу рассказывать вам секреты потусторонней жизни, но я заслужил одно желание. Я мечтал прочитать её последнюю надпись на стекле. И когда она заснула, я долго сидел у её кровати, я гладил её волосы, я целовал её руки... А потом подошел к окну. Я знал, что у меня получится, я знал, что смогу увидеть её послание - и я увидел. Она оставила для меня одно слово <ОТПУСТИ>

Этот Новый год будет последний, который она проведет в одиночестве. Я получил разрешение на свое последнее желание, в обмен на то, что я больше никогда не смогу к ней прийти и больше никогда её не увижу. В этот новогодний вечер, когда часы пробьют полночь, когда вокруг все будут веселиться и поздравлять друг друга, когда вся вселенная замрет в ожидании первого дыхания, первой секунды нового года, она нальет себе в бокал шампанского, пойдет к окну и увидит надпись <ОТПУСКАЮ>.

9 класс

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:13:17 GMT

Когда я сидел там, в классе Английского языка, я смотрел на девушку, сидевшую впереди.
Она была для меня так называемым "лучшим другом".
Я долго смотрел на нее, на ее шелковистые волосы, и так хотел, чтобы она была моей. Но она не замечала моей любви, и я знал это. После урока, она подошла ко мне и попросила конспекты лекций, что пропустила за день до этого. Я отдал их ей.
Она сказала "спасибо", и поцеловала меня в щечку.
Я хотел ей сказать, что я хочу, чтобы она знала, что я не хочу быть просто друзьями.
Я люблю ее, но я так стесняюсь, и я не знаю почему.

10 класс

Телефонный звонок. На другом конце провода - она.
Она в слезах, между всхлипываниями я слышу, что ее любовь разбила ей сердце. Она просит прийти, потому что не хочет оставаться одна, и я пришел. Когда я сидел на диване около нее, я смотрел в ее красивые глаза, желая, чтобы она была моей. После двух часов просмотра фильма и трех пачек чипсов, она решила лечь спать. Она глянула на меня, сказала "спасибо", и поцеловала меня в щечку.
Я хотел ей сказать, что я хочу, чтобы она знала, что я не хочу быть просто друзьями.
Я люблю ее, но я так стесняюсь, и я не знаю почему.

11 класс

За день до школьного бала она подошла к моему шкафчику.
"Мой парень заболел" - сказала она,- и он не поправится к завтрашнему дню.
У меня в то время не было девушки, и к тому же в 7 классе мы пообещали, что всегда будем помогать друг другу. Поэтому мы пошли на бал, как "лучшие друзья".
Той ночью, после окончания праздника, я стоял перед ней около ее дома. Я смотрел, как она улыбалась и глядела на меня своими кристальными глазами. Я хотел, чтобы она была моей. Но она не замечала этого, и я знал это.
Затем она сказала - "я замечательно провела с тобой время, спасибо!", и поцеловала меня в щечку.
Я хотел ей сказать, что я хочу, чтобы она знала, что я не хочу быть просто друзьями.
Я люблю ее, но я так стесняюсь, и я не знаю почему.

Выпускной день

Прошел день, затем неделя, потом месяц. Не успел я, и моргнуть, уже был выпускной. Я смотрел, как ее совершенное тело, подобно ангелу, летит к сцене за дипломом. Я так хотел, чтобы она была моей. Но она не замечала моей любви, и я знал это. До того как все разошлись по домам, она подошла ко мне в своем сказочном белом платье и шляпке, и заплакала, когда я обнял ее. Затем она опустила свою голову мне на плечо, сказав - "ты мой самый лучший друг на свете, спасибо тебе!", и поцеловала меня в щечку.
Я хотел ей сказать, что я хочу, чтобы она знала, что я не хочу быть просто друзьями.
Я люблю ее, но я так стесняюсь, и я не знаю почему.
Несколько лет спустя
Сейчас я сижу на церковной скамье. Та девушка выходит замуж. Я только что видел, как она сказала "Да" и вошла в ее новую жизнь вместе с другим человеком.
Я хотел, чтобы она была моей. Но она не замечала этого, и я знал это.
Но перед тем, как она уехала, она подошла ко мне, сказав - "Ты пришел!!! Спасибо!", и поцеловала меня в щечку.
Я хотел ей сказать, что я хочу, чтобы она знала, что я не хочу быть просто друзьями.
Я люблю ее, но я так стесняюсь, и я не знаю почему.

Похороны

Годы пролетели, Я смотрел вниз на гроб, в нем лежала девушка, которая всегда была моим лучшим другом. Они читали дневник, который она вела все годы своей школьной жизни.
Вот что там было написано:
Я смотрела на него, желая, чтобы он был моим, но он не замечает моей любви, и я знаю это. Я хотела сказать ему, что я хочу, чтобы он знал, что я не хочу быть просто друзьями. Я люблю его, но я так стесняюсь и не знаю почему.
Я бы так хотела, чтобы он сказал мне, что любит меня!!!

для счастья одному из них всего лишь надо было сказать три слова..

Любовь бывает разной

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:12:42 GMT

...Отстаньте от меня. Ну уйдите все, а? Как это - что я такое делаю? Сижу и пью пиво, как видите. Что, нельзя, что ли?.. Я и сама знаю, что можно. Ну что вы пристали ко мне! Почему у меня лицо такое? Да... как сказать... болит... Нет, не зуб. Душа. Нет, вы, конечно «как только, так сразу»! «Мать, у тебя постоянно за что-то такое болит душа. Так нельзя». Почему - нельзя? Зуб можно, а душа - нет? Выходит, что так...
Что случилось? Да, в принципе, ничего особенного. Котенка я отдала. Нет, не своего. Приблудного, с улицы. Как он ко мне попал? Да просто... иди, слышу - орет из под машины припаркованной, как оглашенный. Ну... нет, ребят, отстаньте. Не могу. Почему? Да потому, что я теперь - предатель. Опять. Уж в который раз. Это очень тяжко - предавать, вы, наверное, тоже это заметили. Это больно. Что за идиотские вопросы - почему предатель? Вы что - дурные, что ли? Или вы просто ничего не понимаете? Естественно, я предатель. Да и все мы, в сущности, предатели. Фактически все. Не надо, я ни на кого не наговариваю!.. Слушай, подруга, это не ты ли месяц назад аборт сделала? А не ты ли, дружок, девушку бросил? Молчите?.. Вот то-то же.
Жестоко это всё. И я тоже жестокая. Зачем я вообще подошла к этой машине и позвала «кис-кис»? Могла бы не подходить. Просто пройти мимо, как десяток людей до меня. Нет, подошла... Ребята, он был такой маленький! И хорошенький... сами понимаете, маленькие - они все хорошенькие. И щенки, и котята. Но ведь всех не пожалеешь, верно? И вообще - зачем мне кот? У мамы две собаки, так когда я с этим котенком пришла домой, у этих собак (да и у мамы) началась форменная истерика. А котёнок... что котёнок? Он почти ничего не понял, но на собак шипел, смешно так... и солнышко за окном светило так ярко... мне показалось, что я снова живая, что я смогу опять, как раньше... мелочи какие, Господи - солнце, собаки лают, дурак этот усатый на плече шипит... мама не выдержала, рассмеялась... мелочи, из которых и складывается, в сущности, сама жизнь...
Дальше что? Да, собственно, ничего особенного. Мне надо было ехать работать, а котёнок... его некуда было девать, понимаете? Оставить дома? С мамой и с этими гавриками? Я не могла, не поймите меня неправильно. Я не хочу выслушивать... вернее, не хотела выслушивать упреки из серии «твой кот опять нассал на сумку», «ты опять ушла на целый день, а я должна кормить твоего кота»... В общем, я взяла его с собой. Мы гитары отсматривали, это долго и муторно, коробки тяжелые... ну, словом... а, это частности. Котёнок, пока мы работали, спал. Забрался на какой-то ящик, свернулся клубочком и уснул - он страшно устал от дороги, малыш...
Да что ты гонишь, я не плачу. И не думаю даже. Это тебе просто показалось. Я думаю, сколько же всего в этом мире есть котят. И кошек. Их же, наверное, больше, чем людей. Или столько же. Если разобраться, то все мы, в сущности, тоже такие же котята. Что тут смешного? Тебя что - никогда не предавали? Вот так-то. И меня предавали, и её, и его. Всех. Так уж заведено. Вот только почему мне до сих пор больнее предавать, чем быть преданной? Альтруистка, говоришь? Да нет, не при чем тут альтруизм. И эгоизм тоже. Просто... нет, не знаю. Все по-разному устроены. Кто-то так, а кто-то иначе. Что я тут с вами сижу и цитирую прописные истины? Воздух тут трясу... зря...
Ты говоришь, что ты котят в свое время топил. Теперь не обижайся - я тебя скотиной назову. А так же сволочью и сукой. Ты не кривись, не кривись, ты послушай, не возражая... ну ничего себе, аргументация! «А что мне с ними делать потом?» Пользуясь такой логикой, можно оправдать всё - и детей, от которых отказались родители, и аборты, и дома престарелых и... ну что ты волком смотришь? Ну, извини. Если ты не хочешь котят - не заводи кошек. Ответственность, и только она...
Нет, вы только меня послушайте!.. Сама только что предала котёнка, а теперь честному парню морали в стиле ретро читаю. Дожили... Ладно, не хотите - не слушайте. Ах, хотите? А зачем?..
Ничего интересного, я уже говорила. Ну, отложили гитары и пошли обратно, в офис. Котёнок сидел у меня за пазухой и мурлыкал - пригрелся, отдохнул и теперь только-только обрадовался тому, что всё хорошо... Дурак. Он дурак, а я - сука. Мы остановились чебуреков купить, а тут продавщица - кто у вас там. Мы - котёнок. Она - ой, отдайте, нас мыши заели, он их будет ловить. Директора позвала, он коробочку принес. И мы отдали. И пошли с чебуреками дальше... а он так плакал в этой коробочке... он, наверное, понял, что его предали. Он только тогда это и понял... а я поняла раньше, но... он бы не сообразил, не...
Да не плачу я, отвяжитесь! А даже если и плачу... какое вам до этого дело? Зачем мне говорить вам про то, что большое всегда начинается с малого, что однажды совершенная маленькая ошибка потом повторяется снова и снова, только она вырастает и становится огромной, что...
Да хотя бы еще и то, что я никогда уже не напишу, как огромна и бездонна глубина кошачьих глаз осенним дымным вечером, что эти глаза могут поведать о добре и зле, о том, сколь верно было бы жить рядом с ними и учиться у них тому, чему они могут научить... Этого не будет, этому не суждено сбыться. Все из-за того, что я снова стала предателем... опять... когда-нибудь я сломаюсь и не смогу больше вот так... я и сейчас уже почти не могу... а ты говоришь - пиво. Если бы не пиво, то я бы... о плохом не будем. Водка меня не берет, вы это уже проверяли. И нечего ржать, как табун коней. Ну да, я могу смаковать эту вашу водку. Только она для меня - как вода. Мне скучно ее пить... и не наливай мне эту пакость, она не вернет мне котёнка и не излечит от боли мою душу. Она пока что еще ничью душу ни от чего не вылечила.
Отстаньте от меня, говорю. Тут что - мало народа? Идите, с кем-нибудь еще потусуйтесь. А я хочу просто посидеть и попить пива. Мне никто не нужен - ни водка, ни вы, уж простите... то есть сейчас не нужны... мне надо подумать... о том, что надо еще сильнее ожесточить свое сердце, да что-то вот никак не получается... Если бы можно было как-то убить в себе это бестолковое сердце, души у меня и так уже давно нет...
Прости меня, киска. Я думаю, ты не поймешь, но... постарайся хотя бы. Я столько раз была на твоем месте, что уже сбилась со счета. Столько раз я сама оказывалась, ничего не понимая, в таком дерьме, после которого это кафе, в которое тебя взяли, может показаться раем земным... нет, это всё - вранье. Хорошо не там, где кормят, а где есть то, что ты просил у меня, а я... не смогла бы тебя этого дать. Ты хотел, как и все дети, чтобы тебя любили. А я... я не могу. Уже не могу. Прости, киска. Маленькая черно-белая киска с желтыми глазками и розовым носом.
Прости.

Просто жизненая история

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:12:03 GMT

"Они встретились так же, как встречаются множество людей в мире. Судьба их свела однажды, они пришли сдавать на права в одну автошколу. Они даже заметили друг друга не сразу, как это и бывает. А общаться начали так и вообще только к концу занятий... Лишь один случай заставил их судьбы соединиться...

Они сидели в машине. Она за рулём, а он сзади. Инструктор вышел. Они попали в пробку из-за крупной аварии, в которой погибла девушка и преподаватаель из автошколы, в которой учились и они.
Их машина стояла ближе всех к месту аварии. На земле, рядом с покарёженной грудой метала лежала девушка... Её возраст можно было определить разве что по остаткам одежды... Короткая юбка и вызывающе розовая кофточка... Наверное ей было не больше 19... Её лицо было изуродовано. Широко открытые голубые глаза смотрели в небо...
Она сидела крепко держась за руль и смотрела в лицо девушки.
- О чём люди думают, когда умирают? - нарушила она тишину в салоне автомобиля.
Он посмотрел на неё и пожал плечами. Но именно с этих её слов что-то изменилось. С этой фразы началась их любовь. Он никогда не мог понять почему именно эта фраза так затронула его сердце. Но это случилось. И с тех пор они были неразлучны.

Они были вместе уже не один год. Они знали друг друга лучше всех, они понимали друг друга с полуслова... Они готовились к свадьбе... Но жизнь - жестокая вещь. Этой свадьбе не суждено было случиться...

Они встали рано. Она по привычке разбудила его поцелуем, улыбнулась и пошла на кухню. Он ещё был в кровати, когда спустя минут 15 она вошла в комнату и остановившись около двери тихо сказала:
- Я люблю тебя больше жизни... - и вышла.
Он остался немного удивлённым, но ничего не спросил.
Был выходной, они собирались в гости и долго спорили кто будет за рулём. Конечно же, в итоге, ему пришлось уступить ей. Она уверенно села за руль, посмотрела на ремень безопасности, но не тронула его. Она редко пристёгивалась, но почему-то именно сегодня Он упрекнул её в этом. Она усмехнулась:
- Ну разве со мной может что-то произойти?
Это утро ничем не отличалось от тысячи других таких же. Он что-то рассказывает, она смеётся, при этом успевая следить за дорогой. Она была замечательным водителем. Никто из её окружения так не чувствовал дорогу и машину... И никто до сих пор не может понять, почему же она тогда не заметила гружённый камаз... Всё произошло за считанные секунды... Камаз въехал в их автомобиль слева, как раз в водителя, в неё... Он остался жив, он вытащил её из машины...
Она лежала у него на руках и умирала... Её глаза были устремлены в небо. она ничего не могла говорить, но глаза... Он навсегда запомнил этот взгляд. Она будто что-то хотела сказать ему... Но он не понимал что... И тут в его памяти всплыла та самая фраза, которую она сказала много лет назад, та фраза с которой начались эти отношения... "О чём люди думают, когда умирают?"....
О чём она думала сейчас? Она знала, что умирает? Понимала это? Она знала, что больше никогда не проснётся утром, не поцелует его, не уткнётся носом в его плечо... Она больше не сварит ему кофе... Не скажет "Я люблю тебя"... Об этом она думала? Или нет?...

Её глаза помутнели... Её губы казалось шевелились силясь что-то сказать... Он плакал... И всё повторял: "Не умирай... Слышишь?... Не бросай меня... Они уже сейчас приедут. Держись, пожалуйста, держись... Господи..."
Но Она не смогла... Её глаза закрылись... Её дыхание остановилось... И мир рухнул...

Он так и не мог найти ответа на тот вопрос, который задала ему молодая 19-летня девчушка, много лет назад... Почему она тогда спросила это? Чувствовала ли она, что когда-нибудь узнает ответ на свой вопрос?

И лишь однажды, спустя много лет после Её гибели, Ему приснился сон... Он снова увидел тот день, ту аварию... Он увидел себя, который держал на руках умирающую любовь и плакал... Но он видел это будто со стороны... Он снова видел её, её взгляд... но в отличие от того дня, он вдруг ясно услышал, как она говорила ему еле шевеля губами:
"Я люблю тебя... Когда люди умирают, они думают о любимых..."

Он проснулся в холодном поту...

Белые стены

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:11:26 GMT

Белые стены… Белый потолок, вездесущий запах лекарств в воздухе.
Психиатрическая клиника.… Не дай бог оказаться здесь по собственному желанию или по принуждению «доброжелателей».
Большинство здешних обитателей – заурядные личности, возомнившие себя Наполеоном, Суперменом, вампиром или бог знает кем еще.
Но есть здесь и другие, которые расскажут интересные истории, если найдется терпеливый слушатель. Например, вот этот, совсем молодой юноша, лежащий на кушетке у окна.
Его история одна из самых интересных и необычных, пожалуй, самая интересная и необычная.

А начиналось все так...

Они сидели на балконе, смеялись, разговаривали, любовались друг другом. Казалось, даже воздух возле них пропитан нежностью. Для Нее в мире не было никого и ничего, кроме Него. Они любили друг друга... Они были счастливы... Незаметно, подкрался вечер. Начало темнеть. Он поднял глаза к небу.
- Темнеет... – задумчиво сказал Он.
Она удивленно, будто не сразу поняла, о чем речь, посмотрела на небо.
- Ага, – тихо ответила Она. Он вздохнул и медленно поднялся.
- Пора уходить.
- Пора, - эхом откликнулась Она и тоже встала.
- До завтра, - ласково произнес Он, выходя на лестничную площадку.
- До завтра, - согласилась Она, закрывая дверь.
Он спустился по грязной лестнице. Зашарил по карманам в поиске сигарет, но вспомнил, что обещал Ей бросить. Он медленно пошел по направлению к метро.
- Здравствуй,- произнес тихий мелодичный голос. Он не сразу понял, что это к нему обращаются. Он повернулся, перед Ним стояла высокая, красивая, величественная, с королевской осанкой девушка. Только сейчас Он заметил, что люди не движутся, то есть движутся, но очень медленно.
- Здравствуй, - ответил Он, - мы знакомы? Девушка улыбнулась, улыбка у нее была такая же холодная, как и ее взгляд.
- Я здесь, чтобы предложить тебе весь мир... Он непонимающе смотрит на нее
- Я предлагаю тебе могущество, я могу сделать богом. Ты сможешь управлять людьми, стихиями, звездами, всем... Хочешь?
Конечно, Он согласился. Любой бы согласился на Его месте.
- Только ответь, кто ты?
-Я – Судьба, - ответила она и растворилась в толпе.
Так в мире стало одним богом больше
* * *

Наступило «завтра», если считать от «вчера». Было поздно, но в большом городе жизнь била ключом. На темно-синем небе, будто рассыпалась пригоршня звезд. Полная луна мягко освещала землю, изредка скрываясь за редкими облаками.
- Хочешь, я буду усыпать твой путь розами?- спрашивал Он
- Нет, - тихо отвечала Она
- Хочешь, я подарю звезду?- спрашивал Он. Небрежное движение руки, и вот прекрасная многогранная звезда, излучающая ровный серебряный свет, сияет в Его руке
- Нет, - еще тише отвечает Она.
- Хочешь, мы поднимемся вверх, к звездам, будем кружить под облаками, мягкими как лебединый пух, и встретим рассвет там, где никто никогда не встречал его? Хочешь? – спрашивал Он
- Нет, - едва слышно отвечала Она.
- Хочешь, я подарю тебе созвездие? Звезды начинают двигаться, складываясь в линии. Линии складывались в фигуры, и через пару минут на небе был портрет, Её портрет. - Хочешь, звезды навсегда изменят свое положение на небосклоне для тебя?
- Нет, - одними губами произносит Она.
- Чего же ты хочешь? – ласково спрашивает Он
Она задумалась на секунду:
- Хочу, чтобы вновь сидели на балконе, и ты был таким же человеком, как и я, как и все...
- Твое желание – закон. – Странно, но в Его устах эта фраза не выглядела избитой.

... А где-то от души веселилась высокая, красивая, статная девушка Судьба. Конечно, она знала, что глупый мальчишка вернет силу... И уж, конечно, знала, что завтра, если считать от «сегодня», Она умрет в банальной автокатастрофе. И знала Судьба, водителя, сбившего Ее, так и не найдут. Знала Судьба и о том, что Он не сможет без Нее. Но Судьба коварна... Судьба не даст Ему умереть...
«Будет знать, как возвращать подарки!» - думала она

И вот после третьей попытки самоубийства, Его поместили в клинику. Вот так все закончилось...

и такое бывает

Admin — Sun, 16 Oct 2011 10:10:52 GMT

Знаете, почему самоубийцы не попадают в рай? Нет, не оттого, что лишили себя жизни, дарованной им Богом. Их наказывают за чужие жизни.. Жизни близких людей. За причинЁнное им горе..

Сколько прошло времени с того дня, я уже не помню. Время для меня больше не существует. Здесь его нет.. Я считала причины, по которым сделала это, вескими. Мне казалось, что это единственный выход. Но теперь я понимаю, что просто не пыталась найти другие пути. Я сделала так, как было проще всего.. проще для меня.. Теперь что-то изменить невозможно. Одним лЁгким движением я лишила шансов са счастье не только себя, но и тех, чью любовь я не сумела оценить вовремя. И сейчас у меня нет оправданий..
Последнее, что я слышала, - пронзительный крик. Чей? Не знаю. ЕщЁ было ощущение полЁта. Но такое короткое, что его практически невозможно уловить.. Больше ничего.. Вспышка света.. Вдали промелькнули огни ночных домов. От них режет глаза.
Прихожу в себя. Попыталась встать - нестерпимая боль во всЁм теле. Еле сдерживая крик, всЁ же встаю. Осмотрелась вокруг. Не понимаю! Где я?!
Пройдя пару шагов, до меня доходит: "Это парк. Но как я тут оказалась???" Я не могла что-либо понять. Весь день как будто выпал из памяти. Не помню абсолютно ничего.
Идя по аллее, замечаю, что вокруг нет ни одного прохожего. Интересно, сколько сейчас времени? Не припомню, чтоб парк был пуст. Вдруг за спиной я услышала шорох. Обернувшись, вижу на скамейке маленького кудрявого мальчика, лет пяти. Странно. Готова поспорить, что его только что тут не было. С минуту я ждала, не появятся ли вслед за ним хоть кто-нибудь из взрослых. Не может же ребенок быть один в столь позднее время. Но ничего такого не произошло. Тогда я осторожно подошла и села рядом.
- Привет, малыш. Ты потерялся? - тихо спрашиваю я.
- Нет, - ответил мальчуган, даже не посмотрев на меня.
- Где же твои родители? Почему ты один?
- Я ждал тебя, - сказал он и поднял на меня большие карие глаза.
Ответ меня слегка удивил, но я не придала этому никакого значения. Мало ли что могут дети сказать?
- Как тебя зовут?
- Не знаю.
- Но мама же тебя как-то называет? - рассеяно спросила я.
- Никак. У меня еЁ нет, - грустно ответил малыш. Наступила пауза. Я не знала, что же мне делать дальше. Оставить ребенка в такой поздний час одного я не могла.
- Я хочу тебе что-то показать - внезапно сказал мальчик и вскочил со скомейки.
Я взяла его за руку, и мы пошли по парку. Спустя некоторое время мы оказались возле моего дома.
- Ты здесь живЁшь? - снова спрашиваю я малыша.
- Нет.
- А где? - я присела перед ним на корточки.
- Куда нам идти?
- Уже никуда, - ответил он, вертя в руках игрушечную машинку.
Я хотела спросить ещЁ что-то, но в этот момент раздался пронзительный крик. Я посмотрела в ту сторону, откуда он донЁсся. Кричала девушка. Она стояла в компании молодЁжи. На лице у неЁ застыл ужас. Она указывала куда-то наверх, пытаясь сказать что-то. Проследив за еЁ жестом, я оцепенела: в освещЁнном пролЁте окна на восьмом этаже стояла девушка. Спустя мгновение она сделала шаг. МоЁ сердце похолодело. Вокруг тут же поднялась суета: кто кричал, чтоб вызвали скорую, кто кинулся оказывать первую помощь. А я не могла оторвать взгляд от окна.
В эту секунду мне казалось, что я не слышу ничего, кроме бешенного биения собственного сердца.. и не видела ничего.. кроме света из окна квартиры на восьмом этаже.. моей квартиры.. Каждая минута, каждая секунда того вечера стала для меня нескончаемым кошмаром, память о котором не стереть никаким способом. Окровавленное тело у отца на руках.. мама и сестра в слезах.. оглушительный вой сирены скорой помощи..
Бегу по улице прочь от своего дома. По щекам катятся слЁзы. Бешенный ветер безжалостно бьЁт по лицу. Выбившись из сил, падаю на холодную землю. Задыхаясь, стираю слЁзы ладонью.
Вдруг рядом замечаю мальчика.. того же мальчика..
- Что происходит? - хриплым голосом спрашиваю я.
- Аты разве не понимаешь? - наивно говорит малыш.
Отричательно качаю головой: не хочу понимать!
- Ты умерла.
- Что?! - становится ещЁ тяжелее дышать.
- Это не правда!!! Ты всЁ врЁшь!!! Так не бывает.. Слышишь?! Не бывает!!!
Срываюсь на крик, хочу убежать. Но вопрос за спиной заставляет остановиться.
- Разве ты не этого хотела? Разве не для этого покончила с собой?
В голову ударяет резкая боль и перед глазами проносятся картинки прошедшего дня: школа, вопящая классуха, насмешливые взгляды одноклассников, скандал с мамой, слЁзы.. карниз и ослепляющие огни ночного города..
- Почему.. Почему ты здесь?
- А чего ты ждала? - рассмеялся мальчишка.
- Я не знаю.. я думала, что больше не будет боли.. я хотела прекратить этот кошмар..
- Ты ошиблась.
- Но почему?! Разве я мало страдала?! За что мне это?!
- За что? - удивился он.
- Хорошо. Я покажу тебе.
Мы молча идЁм по какой-то улице. Вскоре перед нами возникает серое здание. Это больница.
- Зачем мы здесь?
- Так надо. ИдЁм.
Входим и поднимаемся на второй этаж. Над входом висит табличка "Реанимационное отделение". Дальше ярко освещЁнный коридор. Белые двери с номерами палат. Возле одной из таких дверей сидит отец, обхватив голову руками. Он плачет. Я только однажды видела, как плачет мой отец. Тогда погиб его лучший друг. Мне было больно видеть его таким. А теперь? Теперь причиной его слЁз была я.
В следующую секунду из палаты вышел человек в белом халате. Папа поднялся ему навстречу и что-то тихо спросил. В ответ тот покачал головой:
- Мы не в силах что-либо сделать. ЕЁ мозг мЁртв. Вам остаЁтся решать: отключить систему, или нет.
Отец опустился обратно на стул. Его лицо стало бледным, как мел.
- Господи!!! Зачто?! - коридор наполнялся рыданиями.
- ПойдЁмте, - тихо сказал врач. - Вам надо успокоиться.
Он куда-то увЁл его. По моим щекам покатились слЁзы. В груди стало невыносимо больно. Я хотела пойти за ними, но малыш меня остановил:
- Нам сюда.
Он ввЁл меня в палату. На кровати лежала я. Рядом сидела мама и сестра. Я просидела с ними до утра.. В 10:15 всЁ было кончено.. моЁ сердце остановилось.. навсегда.. Похороны были на новом кладбище. Мы стояли в стороне от всей процессии. Холодный осенний ветер бил в лицо. По телу пробежали мурашки. Я посмотрела на пустырь вокруг. Ни одного, даже самого маленького, деревца. Здесь всЁ было мЁртвым.
Подойдя ближе к месту, я рассмотрела среди толпы АлЁшку.
- Что он тут делает? - в недоумении спросила я.
- Он пришел попрощаться с тобой, - ответил он.
- Но почему? Почему он здесь??
- Потому что ты была ему дорога..
- Что?! Нет! Ты ошибаешься.
- Почему? - наивно спросил малыш.
- Потому что он ко мне ни разу не подошел! Потому что я ему не нравлюсь..
- Это не так. Человек не всегда способен понять другого человека. Здесь ошиблась ты. Ты боялась с ним заговорить. А почему ты думаешь, что он не боялся? Ты делала вид, что не замечаешь его. Так как он мог узнать, что нравится тебе? Его пугало то, что ты посмеЁшься над его чувствами.
- Это не честно! Я не знала..
Я опустилась на холодную землю. Ветер ещЁ беспощаднее хлестал по лицу. Я смотрела на АлЁшку, который тихо стоял в окружении людей. Все они пришли проститься со мной. Всем им сейчас было плохо. Я читала на лице АлЁшки печаль, безграничную боль.
- лЁшка, миленький.. - тихо прошептала я. - Ну почему всЁ так..
Очередной порыв ветра, в этот момент он повернулся в мою сторону. На секунду мне показалось, что он смотрит прямо на меня, мне в глаза.. Полный отчаяния взгляд.. Он упал на колени рядом с могилой и по его щекам побежали слЁзы.
- Я отомщу. шЁпот молитвы в каменных стенах, лезвие бритвы на тонких венах.. Омертвевшие листья плавно ложились под ноги. Странно, сейчас только начало осени, а листья почему-то были какими-то чЁрными и уже совершенно безжизненными. Они мЁртво лежали под ногами. Вдруг чей-то голос где-то неподалЁку привлЁк моЁ внимание.
На скамейках детской площадки сидела компания молодЁжи. Я отошла в тень высокого дерева, хотя понимала, что меня и без этого никто не увидит. Он сидит в компании изрядно подвыпивших приятелей. Хотя сам мало от них отстал: в руке полупустая бутылка водки. Ярко раскрашенная малолетка вешается ему на шею, что-то пискляво сюсюкая.
- Отвали, - грубо бросает он ей в лицо.
- У! Малыш сердится! - девушка, видимо, не из понятливых - Малыш не хочет развлекаться???
- Объебись, сказал! - рыкнул парень и с силой толкнул от себя малолетку. Та с визгом вскочила со скамейки:
- Ты охуел?!
Компания закатилась пьяным смехом. Лишь на его лице оставалось хмурое выражение. Прямые черты красивого лица.. карий затуманенный взгляд в одну точку.. И бутылка водки, крепко сжатая в руке.
- Эй, Малый! - так его звали все вокруг. Лишь для меня он был АлЁшкой. Самым любимым и родным.
- Ты чего? Обкурился что ли?
Приятель хлопнул его по плечу. Малый сделал большой глоток и ничего не ответил.
- Да оставь ты его! - сказал Олег. - Не видишь, наш Малый в унынии!
- Это он из-за той серой мыши страдает, - ехидно прошипела девка и прижалась к Олегу.
- Какой? - не понял парень, сидевший рядом с Малым.
- Той, что с окна сиганула.
- Гонишь! - заржал тот.
- Мал, ты чЁ? Правда?
- Заткнись, - прохроипел Малый.
- Чего? Ты меня из-за этой сучки так?! Малый, не гони!
- Это всЁ из-за вас! Вы еЁ довели!
Он ударил первым, завязалась драка.. Кто-то достал нож.. Но он не отступился.. Спустя несколько минут он медленно упал на холодную землю, покрытую мЁртвой листвой. Подбежав к нему, я рухнула на колени.
- Нет.. Господи.. что же ты наделал.. Я тщетно пыталась закрыть рукой рану возле сердца. Что может сделать призрак? Ничего. - Боже!!! - дикие крики отразились от тЁмного нема. - Оставь ему жизнь..
Я посмотрела в его глаза. Таких ясных глаз я не видела ни у кого. И как тогда на кладбище, сейчас он смотрел на меня. И сейчас он меня видел.
- АлЁшка.. - прошептала я. - Держись, умоляю тебя! Ты должен жить..
С его ресниц сорвалась кристальная слеза.
- Прости - еле слышно прошептал он.
Больше не было ни слова. Никто так и не пришел, не спас его. Бог меня больше не слышал. Когда ночь начала становиться серой и появились первые лучи бесцветного рассвета, ко мне подошел тот же малыш.
- ПойдЁм. Нам пора.
- Нет. Я не оставлю его.
- Ты не можешь остаться. ПойдЁм.
Через какое-то время мы услышали, как где-то за спиной раздались крики.
Видимо первые прохожие нашли его. Безжизненное тело на холодной земле. Того, кого я любила. Кого я больше никогда не увижу. Чья смерть - моя вина..
Прошел наверно уже не один месяц, может даже не один год. Часто бываю дома. У мамы. Подолгу сижу в углу на кухне и смотрю, как она плачет в темноте. Пока никто не видит. Она очень состарилась. А глаза стали такими грустным, в них читалась усталость. От слЁз, горя.. Но она всЁ ещЁ держится.
Ради сестры. Она целыми днями бывает у Кати, помогая с детьми. А потом приходит домой и плачет.. каждый вечер. А папы больше нет.. Он не справился с болью. Он стал много пить, очень много. Он винил маму в том, что она была со мной очень строга. Они стали постоянно ругаться, потом он напивался, садился в машину и ехал, куда глаза глядят. Однажды он не вернулся. Был гололЁд. Машину занесло, и он не справился с управлением. Вылетев на встречную полосу, он врезался в грузовик. Смерть наступила мгновенно. После этого маму положили в больницу с сердечным приступом. Малыш больше не приходит. Его забрали..
Однажды он пришел и сказал, что нам пора прощаться. Скоро ему дадут жизнь. И он больше не может быть со мной. Теперь я знаю его имя.. Владик.. Когда-то давно я мечтала, что у меня будет ребЁнок.. сын.. и его обязательно будут звать Влад. Маленький кудрявый мальчЁнка, с огромными карими глазЁнками..
Бесшумно иду по серому городу. Вокруг никого.
Иногда всплывают картинки моей жизни. Они как чЁрно-белое кино. Тогда я и не знала, что всЁ это было со мной, не замечала тех счастливых минут. Я тоскую по краскам. По чистому голубому небу.. по стая весенних птиц.. по пушистому новогоднему снегу.. по всему, что я потеряла.. Скучаю по улыбке мамы.. По еЁ материнской любви.. Скучаю по сестре.. Я иногда вижу еЁ.. вижу как растут еЁ дочки, маленькие, непоседливые.. Как бы я хотела быть с ними рядом. Как бы хотелось вернуть отца и АлЁшку.. Но я не могу этого.. Никто не может.. Я виновата в этих смертях и ничего с этим не сделать.. Я считала себя несчастной, я думала, что могу распоряжаться своей никчЁмной жизнью как хочу, ведь она МОЯ. А она оказалась не только моей..